Мухранели И. Песня без слов

Мухранели И. Песня без слов // Советская культура. 1985. 12 февр.

Песня без слов.

Спектакль, в котором актер не произносит ни одного слова и тем не менее говорит: пластикой тела и мимикой лица... Такой спектакль может быть и не менее красноречивым, чем обычный, драматический.

О сегодняшнем дне древнего искусства пантомимы размышляет директор и художественный руководитель Грузинского театра пантомимы Амиран Шаликашвили.

В 60-ые годы, ещё будучи студентом Тбилисского театрального института им. Ш. Руставели, я увлекся пантомимой и открыл для себя богатейший спектр эмоционального воздействия этого искусства, пришедшего к человеку из глубин тысячелетий. Знакомился с его историей, со спецификой древнеегипетских и древнегреческих ритуальных шествий, пантомимой Индии и Японии, традициями древнегрузинских театрализованных представлений, поэзией этюдов, рожденной фантазией французских мимов. Велик был интерес к пантомиме у таких выдающихся режиссеров, как Таиров, Мейерхольд. А Котэ Марджанишвили даже поставил на грузинской сцене несколько пантомимических спектаклей, мечтая о синтезе пластики, музыки, изобразительного искусства в театре.

Я собрал небольшую группу студентов и стал разрабатывать небольшие пластические этюды. Затем при Тбилисском доме культуры железнодорожников организовал первую студию. Это был очень важный для нас период, когда мы решили отказаться от сюжетов, созданных на основе традиционных грузинских масок и типичных эстрадных номеров в стиле французских пантомимистов и стали искать иные решения. Перелом произошел во время работы над «Поэмой о виноградной лозе», которая впервые была задумана и осуществлена, как сложный пантомимический спектакль, со своей драматургией, детальной разработкой характеров, поэтикой. Мы хотели создать пластическую поэму о Родине, о традициях виноградарства и виноделия, песнях и гимнах, посвященных солнечным гроздьям, виноградарях, отдающих лозе жизнь.

Так наметился путь от отдельных этюдов к небольшому спектаклю, к театру, в котором гармонично взаимодействуют все компоненты искусства – драматургия, пластика, музыка, актерское мастерство. Мы стали разрабатывать гражданские, политические темы. Строили свой театр при большом содействии и помощи Центрального Комитета ЛКСМ Грузии. В наш репертуар вошли такие новеллы, как «Похищение невест в старой Грузии», «Летите голуби», «Хиросима», моноспектакль «Могильщики» по Г. Табидзе, «Электра» по Еврипиду.

С тех пор спектакль нашего театра посмотрели сотни тысяч людей у нас в стране и за рубежом – в Греции, Сирии, Турции, на Кипре. Нам не нужен был переводчик в таких спектаклях, как «Освободите песню» - о чилийских борцах, «Последний звонок» - трагическая повесть о подвиге ленинградской школьницы Зины Портновой, «Журавли» - реквием по героям Великой Отечественной, «Малая земля».

К сожалению, многие пантомимисты увлекались лишь виртуозностью исполнения, забывая о драматургии, без которой не может существовать театральное действие. Мы же стремились пластикой выразить не только совершенство физического аппарата, но движение мысли актера в образе. Открытие в 1978 году в Грузинском театральном институте факультета пантомимы, где я стал преподавателем, помогло нам осуществить эксперимент по воспитанию профессионалов для нашего театра, владеющих и сценической речью и вокалом и знанием истории театра.

Высшим достижением актера пантомимы в работе над собой должна оставаться пластическая импровизация. Это тот необходимый вид творчества, в котором актер пантомимы развивает свое мастерство. Очень часто работая над какой-то определенной ролью, актеры нашего театра добавляли рожденные своим видением элементы, и появлялась совсем новая пластика, которая навсегда оставалась в творческом арсенале театра. Много подобных находок принадлежит, например, ведущей актрисе театра Кире Мебуке, в последствии они вошли в спектакль «Зина Портнова», «Колыбельная», «Электра».

Утреатра много трудностей в выборе драматургии. В стране почти никто не пишет специально для пантомимы, мало привлекает этот вид искусства музыкантов, художников, у нас нет своего оркестра, нет даже специального здания. Тревожит и проблема развития жанра в целом. Несмотря на это Московский ансамбль пантомимы под руководством Г. Мацкявичуса, Рижский ансамбль при Доме культуры завода «ВЭФ» во главе с большим пропагандистом и энтузиастом этого искусства Р. Лигерсом, коллективы пантомимистов Киева, Минска, Еревана создают талантливые программы.

И все же жанр все ещё нуждается в большой поддержке. В результате невнимания к пантомиме распались многие интересные коллективы, заслуживающие признания у зрителей. Коллективы пантомимистов не принимают, например, участие ни в одном всесоюзном фестивале. Проблемам жанра не посвящался ни один творческий семинар. Обделена пантомима вниманием специалистов, критиков, плохо рекламируется в прессе, на телевидение, радио. Исключение составила проведенная в Ленинграде в 1982 году «Неделя пантомимы». Это был первый, так называемый «мим-парад», собравший свыше 700 пантомимистов нашей страны. Он выявил как ряд талантливых коллективов, так и тенденцию дилетантизма, захлестнувшую жанр.

Убежден, что древнее искусство пантомимы необходимо сегодняшнему зрителю. Пантомима на своем поэтическом языке сможет поведать человеку о нетленности прекрасного и вечных законов Добра, Любви, Красоты.

И. Мухранели,

наш соб. Корр.

Тбилиси.