Дистель А. Без названия

Пантомима » Дистель А. Без названия

Александр Дистель

Волей случая я умудрился побывать за сценой Мариинского театра еще на репетиции «Волшебного ореха» и увидел главного героя балета задолго до премьеры. Раблезианский позолоченный орех с двумя глазами, не задействованный в репетируемом отрывке, смотрел на меня, лежа неподалеку от сцены. Тогда я подумал, что спектакль 14 мая будет представлять недюжинный зоологический интерес, и не ошибся.

Новый балет Шемякина — это расширенная до двух актов реинкарнация его же «Принцессы Пирлипат» на музыку Сергея Слонимского, которую без особого успеха танцевали в Мариинском два года назад. Благодаря появлению новых картин подводного царства и царства веселья, который Дроссельмейер с племянником посещают в поисках Кракатука. Каталог организмов, участвующих в постановке, был существенно дополнен. Я не на шутку волновался, не провалятся ли все эти морские коньки, глубоководные гоблины и мыши с носами Буратино, вышедшие для финального поклона, куда-нибудь вниз. Разнообразию действующих лиц вторило разнообразие декораций. Живописные задние планы менялись столь часто, что я не успевал их толком изучить. Хореографию поручили Донвене Пандурски, которая была ограничена в выразительных средствах априори. Многим танцорам даже подпрыгнуть было сложно: у кого-то голова была размером с арбуз, кому-то спереди пристегнули второе пузо.

Впрочем, один хореографический этюд, судя по реакции зала, явно удался. Некоторые ценители балета, собравшиеся в театре, довели меня до печеночных колик, с каким-то даже остервенением поблагодарив хлопками зеленую лягушку из подводного царства, которая не без подтекста запрыгивали по очереди то на Дроссельмейера, то на его племянника. Хлопали, кстати, чересчур усердно, практически после каждого танца, — ощущение было, будто я нахожусь на концерте Петросяна. Впоследствии лягушка прискакала на поклон позже всех и сорвала не меньше аплодисментов, чем Антон Адасинский из «Дерева», убедительно сыгравший рептилию-Дроссельмейера.

К слову о Дроссельмейере, однажды, когда он, поизвивавшись, залег на пол в соответствии с ролью, какой-то мальчуган рядом со мною с заметным воодушевлением предположил: «Сдох». Что ж, подумал я, вот кому новый балет точно пришелся по душе.

«СПб. Собака.RU»