Гетьман Е. Говорящие телом

Гетьман Е. Говорящие телом // Комок [Красноярск]. 2000. № 48. 5 дек.

Нынешний сезон - 14-й для мим-театра «За двумя зайцами». Хотя подозреваю, что, несмотря на возраст, название театра для многих красноярцев представляется чем-то туманным вроде слышали, а вроде нет. А зря. Потому что этот театр, в своем роде единственный в нашем городе. И, надо сказать, неплохой. Я это выяснила, побывав на спектакле «Ё", который играли в ДК КрАЗа - а это их постоянное место обитания, - артисты мим-театра.

Едучи на представление, я так и этак обкатывала странное название, и в голове почему-то постоянно вертелся Андрей Вознесенский с его поэмой «О». И так как к поэту я отношусь весьма своеобразно, скептическое настроение не покидало меня до начала спектакля. «Посмотрим-посмотрим, - старчески поскрипывал внутренний голос, - чего там они наваяли». А наваяли, оказалось, весьма приличный спектакль. Да не только приличный! Прекрасный, мобильный, смешной, динамичный и философский. Те, кто его видел - а идет он уже четыре года, - со мной должны соглаиться. Должны хотя бы с эпитетом «смешной», потому что зальчик театра, заполненный зрителями от пяти до пятидесяти лет, в продолжение действия хохотал непрерывно. Я сидела, сурово поджав губы, -о потом меня «понесло», а в 'одной из последних новелл я с ужасом обнаружила себя согнутой в пароксизме хохота и поэтому весьма невежливо толкающей локтями терпеливого фотографа. Но это эмоции, а суть действия в том, что на сцене весьма непосредственно и совершенно по-русски живут три персонажа. Моряк (Олег Кучиев), Интеллигент (Александр Загибалов) и дядюшка Ё (Валерий Зайцев).

Последний, если можно так выразиться, наиболее русский. Представьте себе полную достоинства фигурку с белым клоунским носом-шариком в наглухо завязанной шапке-ушанке, в темном рабочем халате и тапочках на босу ногу. В руках озабоченный Ё все время держит собственную птицу счастья - дохлую ощипанную курицу. Дядюшка Ё - душа русского народа, вернее сказать, душонка (ох, побейте меня, господа русопяты!) - жалкая, трусливая, жадная, темная, но и разгульная, щедрая, изобретательная, не чуждая творчеству. А сакральный возглас «Ох, ё...!» - что, как не девиз нашего народа?! Собственно, истории, постоянно приключающиеся с персонажами, это истории трех масок - простака, хлюпика и маргинала. А навертеть вокруг мясо сюжета с вкраплениями сюрреалинок - забота режиссера и актеров. Цифра 3 - оптимальное число для выяснения отношений и закручивания интриги. Вспомнить хотя бы популярную троицу в составе Труса, Бывалого и Балбеса (они, кстати, зачастую держались на одной только пантомиме). Впрочем, режиссер Ирина Зайцева, а вместе с ней и актеры упорно держатся за название «мим-театр», а вовсе не «театр пантомимы». В чем разница, спросите вы? А вот в чем. На заре XX века, богатого на всякого рода открытия, французский драматический актер Этьен Декру выделил из актерского ремесла совершенно отдельное искусство владения телом, его передвижения по сцене. Ему было интересно, как можно играть без слов. Он основал школу, которая потом дала совершенно неожиданные ростки. Один из продолжателей дела, впрочем, уже не оглядывавшийся на Станиславского, приезжал в 1962 году в Россию. Звали его Марсель Марсо, и он работал пантомиму. Под влиянием посещения Марсо образовалось довольно много мимансов. Вспомните хотя бы «Лицедеев», которые были когда-то столь популярны, а сейчас работают где-то на Западе. Наш театр тоже не теряет связи с другими нетрадиционными театральными коллективами и ездит хотя и не по заграницам, но в России участвовал в фестивалях не раз. И завоевывал награды. Спектакль «Ё», например, сейчас везут на Фестиваль драматических нетрадиционных театров в Новосибирск. Кроме мим-театров и пантомимы там будут восточный театр масок и пластическая драма. Представления в театре - каждые среду, субботу и воскресенье. В выходной идут детские спектакли. Такие, как «Винни-Пух и его друзья», где актеры играют вместе с игрушками, «оживляя» их к великой радости детей. А дети мим-искусство прекрасно понимают. И последнее. Уверяют, что в начале всего было слово. Очень даже может быть. Однако театр начался, наверное, все-таки с жеста. Упал перед кучкой соплеменников древний мохнатый человек, а они засмеялись. Польщенный мохнатик на потеху публике начал падать несчетное количество раз, пока не изобрел еще много забавных движений. А когда появились слова, его назвали мимом.

Елена ГЕТЬМАН