Бабицкий Г. Поговорим о молчании

Бабицкий Г. Поговорим о молчании // Красное знамя (г. Братск). 1976. № 132. 18 авг.

В связи с тем, что в последние годы многие братчане стали проявлять активный интерес к замечательному искусству пантомимы (чему способствовала, в частности, деятельность театра-студии пантомимы «арлекин» дворца культуры «энергетик»), читателям нашей газеты, видимо, будет небезынтересен критический разбор вышедших недавно книг об этом жанре.

Редакция и автор публикуемой рецензии надеются, что она в известной степени послужит делу дальнейшего приобщения братчан к искусству пантомимы и литературе о ней.

Театральный сезон 1975-76 гг. принес любителям пантомимы радость встречи с двумя книгами об этом жанре. И если учесть, что отечественная библиография пантомимы сравнительно невелика, понятен повышенный интерес к данным изданиям не только людей, имеющих профессиональную причастность к пантомиме, но и многочисленных любителей одного из древнейших видов драматического искусства.

Перед Е.Марковой стояла весьма сложная задача, ибо все тридцать лет сценической судьбы Марсо – крупнейшего мастера современной пантомимы – его творчество находится под пристальным вниманием театральной критики. Не утонув в море рецензий и исследований, посвященных Марсо, критически переработав огромный фактический материал, автором создана самобытная монография, где с позиций социалистического реализма дается заинтересованный, чуткий, но вместе с тем по научному беспристрастный анализ репертуара Марсо, рассматриваются исходные идейные и гражданские позиции, питающие творчество знаменитого французского актера и режиссера.

Логика мысли, ёмкость содержания, объективность оценок, исторически четко прослеженная связь со временем, породившим проблематику, актуальность и действенность рассматриваемых в монографии сольных номеров и спектаклей-мимодрам, - все это способствует успеху и высокой оценке книги у читателей.

Книгу иллюстрируют около ста тщательно и со вкусом отобранных фотографий; автором проделана большая работа по составлению алфавитного и хронологического указателя работ Марсо на сцене.

Думается, во втором издании монографии (а необходимость его уже сейчас очевидна) есть смысл ввести как указатель зарубежной литературы о творчестве Марсо, так и перечень книг самого Марсо, а также избавиться от некоторых досадных речевых нагромождений типа «категории общечеловеческого бытия», «движение развития», «поток сознания» и т.д., к сожалению, имеющих место на страницах книги.

И.Рутберг в книге «Пантомима, опыты в аллегории» продолжает с читателем разговор, начатый три года назад («Пантомима, первые опыты». Изд. «Сов. Россия», М., 1972), но сейчас разговор этот направлен в узкое русло пантомимы-аллегории. Впервые проводимое исследование столь специфического вопроса представляет несомненный интерес. Жаль, что между содержащимися в первой главе теоретическими утверждениями и практическими примерами, приводимыми далее, не всегда наблюдается адекватность. Зачастую автор неправомерно расширяет круг аллегорической пантомимы, включая в него работы по линии ассоциативного восприятия и обобщения, свойственного пантомиме в целом. Наиболее интересно написана третья глава, посвященная критериям отбора в творчестве драматурга и режиссера пантомимы. Исключением является небольшой раздел об условных пластических знаках, где иероглифичность восточной школы движения трактуется несколько наивно.

Составляющая четвертую главу книги система специального тренажа («импульс», «волна») не нова, она чересчур канонизирована и в условиях работы студий пантомимы, которым данная книга предназначается, может сыграть вредную роль самоучителя, а поэтому таит в себе некоторую опасность ненужной универсальности, подгонки предлагаемых к изучению элементов под пластическое решение драматургического материала. Эта тенденция ощущается и в разработанной автором схеме постановки пантомимы-аллегории «Набат», предлагаемой для самостоятельной работы.

Затрагивая в целом широкий круг вопросов, пусть зачастую и выходящих за рамки обсуждаемого предмета, книга И. Рутберга, несмотря на отдельные недоработки, вносит определенный вклад в развитие теории пантомимы и, несомненно, принесет ощутимую помощь в работе коллективов этого жанра.

Таким образом, появление двух новых исследований, посвященных пантомиме, свидетельствует о все более возрастающем интересе к жанру «молчания». Расширяется круг специалистов-практиков, теоретиков и любителей пантомимы. Большим шагом вперед является созданное в этом году первого в мире государственного класса пантомимы при Ленинградском театральном институте, который в потенциале должен явиться не только базой для подготовки специалистов пантомимы, но и центром теоретических исследований в этой области.

Геннадий Бабицкий, режиссер театра-студии «Арлекин», Дворца культуры «Энергетик».